Бизнес-портал Кузбасса

Новости, обзоры, рынки, аналитика,
события, опросы и многое другое

об изданииархив номеров журналарекламаподпискаобратная связьчитатели о насАвант-ПЕРСОНАДоброе дело

Новости компаний

[1 апреля] «Интерфакс» открывает свободный доступ к системе СПАРК для компаний малого и среднего бизнеса на период карантинных ограничений
[31 марта] Сбербанк отменяет плату за сервисное обслуживание по эквайрингу
[27 марта] Режим работы отделений Сбербанка в выходную неделю
[26 марта] Как создаётся «Кузбасс Онлайн»?
[26 марта] Райффайзенбанк – самый надежный банк в России по версии Forbes



Издательская группа «Авант»

Областной экономический еженедельник «Авант-ПАРТНЕР»
Деловой альманах «Авант-ПАРТНЕР Рейтинг»
Журнал «Авант-Style»


наш опрос

Сколько автомобилей в вашей семье?





результаты
архив голосований


Авант-ПАРТНЕР РЕЙТИНГ № 4 от 16.12.2019

Модернизация генерации: деньги на входе – климат на выходе

Юрий Владимирович ШЕЙБАКУходящий 2019 год отметился как рубежный в российской политике промышленного регулирования в сфере климатического воздействия. Правительство страны объявило о присоединении к Парижскому соглашению. В России разработан проект федерального закона о государственном регулировании выбросов парниковых газов, принять который планируется в течение года. О том, как могут повлиять объявленные перемены на работу энергетики региона, в частности, электростанций Сибирской генерирующей компании (СГК) в Кемеровской области, и что предпринимает Кузбасский филиал СГК для снижения выбросов рассказал его директор Юрий Владимирович ШЕЙБАК.
 
– В свете недавно объявленного решения правительства России присоединиться к Парижскому соглашению и принять соответствующее «климатическое» законодательство как Вы оцениваете перспективы продолжения работы и развития угольной генерации? В частности, в Сибири. Допускаете ли введение каких-то дополнительных ограничений?

– Давайте посмотрим на структуру и расположение электрогенерации в стране. Есть чёткое разделение: с одной стороны, европейская часть России, а с другой – Сибирь с Дальним Востоком. Различия очевидны: в Сибири самые крупные мощности сосредоточены в угольной генерации и гидрогенерации, а в европейской части – в газовой генерации и на АЭС. Если обстоятельства, такие как климатическое законодательство, заставят сокращать долю угольной генерации в Сибири, встаёт вопрос: чем её заменить? Условий для ветровых и солнечных электростанций нет, ГЭС, где возможно, уже построены. На атомную? Это дорого, сложно и долго. Плюс важная особенность – львиная доля угольных станций в Сибири работает как источники теплоснабжения городов и посёлков. Их основное назначение – вырабатывать тепло, а электричество для них – сопутствующий продукт. Неясно, как быть с такими станциями.

Если вводить дополнительное обременение в виде углеродного налога, взимать его предполагается с топлива. То есть это налог, который работает «на входе» и не зависит от того, сколько продукта произведено, сколько выбросов получилось. Он направлен, по сути, на выдавливание, закрытие производств, использующих углеводороды. Считаю, в Сибири такой подход не оправдан. Налог вводится как бы на излишество, а у нас наличие света и тепла – не излишество, а условия выживания людей. И если нагрузить ТЭЦ и котельные в сибирских регионах ещё и углеродным налогом, это напрямую окажется в тарифе на тепло и косвенно – на электроэнергию. А значит, что платить углеродный налог придется всем потребителям. Но если ставится задача снижать выбросы, то ведь потребуются ещё и очень большие вложения в теплогенерирующие мощности в целом, в ТЭЦ и котельные.

На мой взгляд, в Сибири, да и в России в целом, необходимо идти по другому пути – ставить реальные экологические ограничения «на выходе»: рублем, штрафами вынуждать производителя снижать негативное воздействие на окружающую среду. И это можно делать на существующих генерирующих предприятиях.
 
– Но в любом случае российское законодательство синхронно с общественным мнением движется в сторону ужесточения экологических требований к промышленности. И с чем больше всего приходится бороться тепловой генерации в Кузбассе?

– Кузнецкие угли, сжигаемые на тепловых электростанциях в регионе, имеют низкое содержание серы. Соответственно, выбросов окислов серы практически нет. И надо бороться с другим, как это и предписано нормативными документами, – с золой, окислами азота и, понятно, CO2. С золой и в России, и в мире научились более или менее справляться. В том числе с помощью режима сгорания. Самый простой способ уменьшить выбросы твердых частиц при сжигании угля – повысить температуру горения в топке котла. Но в таком случае увеличивается объем выбросов окислов азота, поскольку чем выше температура горения, тем легче и больше окисляется азот. Есть интересная технология сжигания топлива на сверхкритических параметрах, но и у нее есть свои проблемы.

Переход модернизированных энергоблоков Беловской ГРЭС СГК на новую систему золошлакоудаления и новую систему подачи топлива позволил сократить выбросы окислов азота
Надо подходить к этим проблемам реалистично. Сегодня в Кузбассе тепловая энергетика, включая коммунальную – это две крупные ГРЭС, несколько ТЭЦ и множество котельных. Почти все они работают на угле, и в первую очередь надо бороться с золой, с ее выбросами, это самый заметный и самый чувствительный для человека загрязнитель. Легко увидеть черный дым из трубы, «черное небо», недожог и всё, что из этого получается. Для такой борьбы есть разные виды оборудования, самое эффективное сейчас – электрофильтры. На самых передовых из них уровень очистки достигает 99,9%.
 
– Ведущие промышленные компании в России приняли и реализуют программы модернизации, которые способствуют снижению климатического воздействия. Как можно оценить последствия тех экологических мероприятий, которые выполняет в Кузбассе Сибирская генерирующая компания?

– Проекты модернизации электростанций СГК в Кемеровской области, в первую очередь, проекты ДПМ-1, которые были реализованы за последние годы, безусловно оказали позитивное климатическое воздействие. Возьмём такой показатель, как коэффициент полезного действия (КПД) основного оборудования. На новых и модернизированных энергоблоках, работающих на угле, он стал выше. Соответственно, удельный расход топлива снизился, выбросов стало меньше. Это касается и Беловской ГРЭС, и Томь-Усинской ГРЭС. Переход модернизированных блоков Беловской ГРЭС на новую систему золошлакоудаления и новую систему подачи топлива через малотоксичные горелки в топку котла снизил температуру горения, как следствие, сократились выбросы окислов азота. На Томь-Усинской ГРЭС мы реализовали проект по защите реки Каландас: закрыли её в трубу, чтобы не попадали в неё дисперсные выбросы, и теперь она чистой доходит до впадения в реку Томь. Установка новых сооружений по очистке промышленно-ливневые стоков, замазученных вод и пр. также снизила негативное воздействие. Новокузнецкая газотурбинная электростанция была построена сразу в комплексе со всеми необходимыми очистными сооружениями. Все эти работы и были сделаны при реализации программы ДПМ-1.
 
– А смена марочного состава угля на электростанциях в Кемерове в 2010 году дала какой-то «природоохранный эффект»?

– Только положительный. Да, выбросы золы остались практически на прежнем уровне, потому что осталось все то же угольное топливо. Но вместе с тем со сменой углей марки СС на угли марки Д удалось практически вдвое снизились выбросы окислов азота в атмосферу. Это произошло потому, что под новый вид топлива мы модернизировали на кемеровских ТЭЦ топки котлов, поставили вихревые малотоксичные горелки и организовали подачу инертных газов. Собственные дымовые газы, очищенные, стали направлять в систему углепылеприготовления, что сделано для пожаробезопасности. В итоге, выбросы окислов азота сократились. По факту они у нас сейчас даже ниже нормативного уровня.
 
В Новокузнецке реализуется проект по рекультивации горных отводов ликвидированной шахты с помощью золошлаковых материалов Кузнецкой ТЭЦ СГК. Ежегодно с полигона электростанции вывозится около 250 тысяч тонн ЗШМ
– Вы сами сказали, что выбросы золы остались на прежнем уровне. Что делаете с золошлаковыми отходами?

– Золошлаковые отходы на самом деле – это не только и не столько техногенные отходы. Это по сути очередная фаза процесса круговорота углерода в природе. Уголь добыли, сожгли и вернули обратно в природу. Пусть и частично, и не всегда в то место, откуда он был взят. Но это для справки. Если говорить об использовании отходов и рекультивации отвалов, то в Кузбассе на всех станциях СГК золошлаковые отходы были «паспортизированы», успешно прошли целый ряд необходимых экспертиз. Что позволило внести их в госреестр как золошлаковые материалы (ЗШМ). Теперь их можно использовать как инертные материалы, при строительстве автодорог, рекультивации карьеров, при отсыпке полигонов с бытовыми отходами и пр. В Кемерове сейчас обсуждаем один из таких проектов в сфере дорожного строительства. А в Новокузнецке уже есть реальные дела: здесь реализуем проект по рекультивации горных отводов ликвидированной шахты с помощью ЗШМ, которые получаем из отходов производства Кузнецкой ТЭЦ. То есть ежегодно вывозим с полигона электростанции около 250 тысяч тонн золошлаковых материалов.

А что касается рекультивации золоотвалов наших ТЭЦ и ГРЭС, то она идёт своим ходом: засыпаем суглинками, высаживаем деревья, траву, превращаем в обычную зеленую зону. Сложность здесь в том, что затем эти объекты сложно передать обратно в муниципальную собственность. Местные власти в этом не заинтересованы, поскольку бюджет получает очень приличные доходы за сдачу в аренду земельных участков именно под отвалы.
 
– Модернизация фильтров на дымовых трубах кемеровских электростанций – тоже часть экологической программы СГК?

– Конечно. Электрофильтры стоят у нас на Кемеровской ГРЭС в центре Кемерова. У них очень высокий коэффициент очистки – около 99%. Однако если их не ремонтировать, со временем этот показатель снижается. И мы не только ремонтируем фильтры в таких случаях, но и меняем их на более современные. Так, из пяти электрофильтров этой станции за последние годы мы два заменили на новые, еще один капитально отремонтировали.

На других электростанциях, например, на Ново-Кемеровской ТЭЦ и Кемеровской ТЭЦ используются золоулавливающие установки мокрого типа с трубой «Вентури». Компоновка станций не позволяет на них поставить электрофильтры без того, чтобы не снести какие-то здания и сооружения. Но коэффициент полезного действия у действующих золоулавливающих установок тоже хороший, в среднем 98,5%. А на Беловской ГРЭС в ближайшее время попытаемся опробовать новые устройства разработки уральской компании с заявляемым коэффициентом очистки 99,2%. Так что мы продолжаем экологическую модернизацию кузбасских станций. И насколько эффективно она происходит, могут судить и сами жители региона.
 
 

Рубрики:

Деловые новости

[1 апреля] Бывшему гендиректору «Кемеровского кондитерского комбината» предъявлено обвинение
[1 апреля] Кузбасские электростанции СГК готовятся к выходу на «технологический ноль»
[1 апреля] В потреблении электроэнергии растет доля бытового сектора
[1 апреля] Кузбасская ТПП формирует второй пакет мер поддержки МСП
[1 апреля] Два угольных участка в Прокопьевском и Яшкинском районах получит Шахта №12

Все новости


Рынки/отрасли

Поиск по сайту


 

 
© Бизнес-портал Кузбасса
Все права защищены
Идея проекта, информация об авторах
(384-2) 58-56-16
editor@avant-partner.ru
Разработка сайта ‛
Студия Михаила Христосенко