Бизнес-портал Кузбасса

Новости, обзоры, рынки, аналитика,
события, опросы и многое другое

об изданииархив номеров журналарекламаподпискаобратная связьчитатели о насАвант-ПЕРСОНАДоброе дело

Новости компаний

[28 мая] МегаФон в первом квартале 2020 года показал рост чистой прибыли на фоне внешних вызовов
[28 мая] «Good Лето» — Чем занять детей на летних каникулах?
[26 мая] Покупки одежды в «онлайн» выросли в Кузбассе во время изоляции в 7,5 раз
[26 мая] Подведены итоги регионального конкурса «Бренд Кузбасса – 2019»
[25 мая] САМЫЕ ОТВЕТСТВЕННЫЕ КЛИЕНТЫ «КУЗБАССЭНЕРГОСБЫТА» ПОЛУЧИЛИ НАГРАДЫ


Издательская группа «Авант»

Областной экономический еженедельник «Авант-ПАРТНЕР»
Деловой альманах «Авант-ПАРТНЕР Рейтинг»
Журнал «Авант-Style»


наш опрос

Сколько автомобилей в вашей семье?





результаты
архив голосований


Авант-ПАРТНЕР РЕЙТИНГ № 1 от 30.04.2020

Тройной удар

В марте экономика Кузбасса впервые в своей истории столкнулась с идеальным штормом кризиса. Потому что он пришёл не один, их пришло сразу три. И каждый извне, поэтому у региона не было ни возможностей воздействовать на кризисные явления и их причины, ни ресурсов противостоять. К уже привычному циклическому кризису угольного рынка, к спаду спроса и цен, ухудшившим положение главной отрасли региона и наполняемость его бюджета, прибавился крупнейший мировой финансовый кризис. И хотя он также был вызван резким снижением нефтяных цен, его следствием стало всеобщее падение биржевых индексов и курса многих валют. Рубль к концу марта подешевел по отношению к доллару на 20% от уровня начала 2020 года. И наконец третьим ударом по экономике всего мира стала пандемия коронавируса. Вспыхнув в Китае в конце декабря 2019 года, в России она начала разворачиваться в 20-х числах марта. Реакцией на неё стало закрытие жизнедеятельности и, соответственно, значительной части экономики страны, включая учреждения массового пребывания людей, начиная с музеев и театров и заканчивая ресторанами и кальянными, остановку международного авиасообщения и межрегиональных автобусных перевозок.
 
Уголь спада

В 2019 году впервые за много лет главная отрасль промышленности Кузбасса снизила объёмы производства. Падение добычи угля составило 2%, индекс производства к уровню 2018 года – 99,5%. Такое несоответствие вызвано определёнными структурными различиями и неравномерностью проявления конъюнктурного кризиса – уголь коксующийся марок упал в цене заметно меньше и позднее, чем энергетический уголь, плюс на рынке Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР) цены остались заметно выше, чем в Европе и примыкающих региона. Соответственно, компании, которые поставляли свою продукции в страны АТР и производители коксующегося угля, проиграли меньше.

Неудивительно, что при общем снижении на 2% добыча угля коксующихся марок выросла на 3,3% до 75,6 млн тонн, а энергетических упала на 4,2% до 174,5 млн тонн. Отгрузка угля потребителям железнодорожным транспортом составила 226,8 млн тонн угля, что всего на 0,8% ниже, чем в 2018 году. В то же время экспорт угля из Кузбасса, по данным Сибирского управления Федеральной таможенной службы (ФТС), снизился на 3% и составил 134,8 млн тонн против 139,06 млн тонн годом ранее.

Спад в углепроме Кузбасса оказался глубже, чем в других угольных регионах, ведь в целом по России добыча в прошлом году снизилась всего на 300 тыс. тонн и составила 439 млн тонн, в том числе, каменного угля – на 0,5% (в Кузбассе на 2%), а бурого даже выросла на 1%. Экспорт угля также вырос на 10 млн тонн и составил 220 млн тонн, сообщил в своём докладе на заседании правительства 27 февраля министр энергетики РФ Александр Новак. Очевидно, что угольщики, работающие в регионах, расположенных восточнее Кузбасса, смогли занять на рынках АТР ниши кузнецкого угля.

По оценке начальника департамента угольной промышленности Олега Токарева, причины сокращения добычи и «в падении цен на уголь на мировых рынках, и в сложностях с его поставкой». Действительно весь прошлый год цены на экспортных рынках были крайне неблагоприятны для кузбасских угольщиков. В первой половине шло очень быстрое снижение цен, плюс ухудшились условия на отдельных рынках, в частности, было введено дополнительное госрегулирование поставок на Украину. В итоге, отдельные компании были вынуждены даже приостанавливать добычу, не говоря уже об отказе от инвестиционных проектов на начальной стадии.

Для руководства Кузбасса важнее были не причины, а сроки проявления спада на угольном рынке. В июне прошлого года губернатор Кузбасса Сергей Цивилев напомнил, что предупреждал о возможном «обрушении угольного рынка» годом ранее, но рынок «стал рушиться быстрее». По его мнению, «это не связано с законами рынка, это политика... и тенденция может отыграть назад, но это гадание на кофейной гуще». Но «есть серьёзная угроза, мы все вместе должны на неё реагировать». В начале февраля нынешнего года он вновь напомнил, что падение цен и спроса на мировом рынке угля произошло быстрее, чем ожидалось, угольный «рынок перетек из Европы в Азию, и стал там премиальным, а мы не успели под него подстроиться».

В результате спада цен и спроса доходы угольных компаний Кузбасса упали, а прибыль к концу года практически исчезла. На начало ноября прошлого года, по оценке начальника главного финуправления, зам губернатора Кузбасса Игоря Малахова, «наблюдалась тревожная картина», когда из 20 ведущих угольных компаний региона семь, обеспечивающих 50% поступлений по налогу на прибыль, полностью прекратили его платить. Остальные, в основном, добывающие коксующийся уголь, снизили платежи в среднем на 30%. Это было связано всё с тем же падением цен на уголь на мировом рынке. С пиков 2018 года цены на энергетический уголь упали на 45%, на коксующийся – на 38%. По данным Кемеровостата, за 11 месяцев 2019 года предприятия угольной отрасли отработали с сальдированной прибылью всего в 57 млрд рублей против 202 млрд годом ранее, в 2020 году прибыль обернулась убытками (см. ниже).

Начало года не принесло улучшения ситуации на угольном рынке, что привело к неизбежному и естественному продолжению спада. И с куда более заметными темпами падения. В январе-феврале 2020 года добыча угля в Кузбассе снизилась на 10,5% и составила 35,1 млн тонн. В марте спад усилился – месячное снижение составило 12,7% к марту прошлого года, а в целом в первом квартале добыча угля в регионе снизилась на 11,7%, до 53,7 млн тонн против 60,8 млн годом ранее. При этом как и другие угольные кризисы, нынешний развивается в разных секторах отрасли по разному – добыча коксующихся марок выросла до 19,9 млн тонн с 19,2 млн годом ранее, на 3,6%, а энергетических упала до 33,8 млн тонн с 41,6 млн, на 18,75%.

В начале 2020 года стало наглядно видно значение угольного спада для кузбасской казны – её доходы заметно сократились в первую очередь за счёт поступления налога на прибыль, еще недавно главной статьи доходов Кузбасса. В январе-марте 2020 года все доходы областного бюджета снизились на 24,2% и составили 29,6 млрд рублей против 39,05 млрд годом ранее. Как следует из отчета минфина Кузбасса об исполнении бюджета, собственные налоговые и неналоговые доходы при этом  снизились на 28,4% и составили 24,57 млрд рублей против 34,3 млрд годом ранее.

Сразу с начала 2020 года обозначилось снижение поступления налога на прибыль: в январе его было собрано всего около 1 млрд рублей, в феврале 232 млн, за март они выросли до 6,42 млрд рублей, но это было связано с окончанием платежного периода. Так или иначе, в первом квартале налога на прибыль в регионе было собрано в 2,33 раза меньше, чем годом ранее – 7,65 млрд рублей против 17,9 млрд годом ранее.

Расходов областного бюджета в первом квартале 2020 года было 31,4 млрд рублей, на 7,7% больше, чем годом ранее, 29,16 млрд. Дефицит исполнения бюджета составил 1,8 млрд рублей против профицита в 9,9 млрд годом ранее. Ситуация немного улучшилась по сравнению с результатами исполнения бюджета в январе-феврале, когда дефицит составлял 5,44 млрд рублей.

По данным Кемеровостата на январь 2020 года, финансовая ситуация в экономике региона радикально изменилась в сравнении с той, что была годом ранее: сальдированная прибыль (превышение ее над убытками) всех предприятий региона в 30,8 млрд рублей в январе прошлого года сменилась 1,65 млрд рублей убытков. Такую перемену обеспечили угольщики, у которых сальдированная прибыль в 19,2 млрд рублей в январе 2019 года сменилась 7,1 млрд убытков в январе 2020 года. В обрабатывающих отраслях ситуация также ухудшилась, хотя и не столько заметно – сальдированная прибыль предприятия снизилась за год с 5,5 млрд рублей до 2,6 млрд.
 
За нефтью – уголь

6 марта к угольному кризису добавился мировой нефтяной, а заодно и финансовый кризис. В этот день развалилась сделка крупнейших мировых экспортеров нефти, альянс «ОПЕК+» – Россия и Саудовская Аравия не смогли договориться об ограничениях добычи. Последовало падение цены на нефть более чем в 2 раза от уровня начала года. Вслед за этим рухнули биржевые индексы, акции компаний всех без исключения стран от Японии и Китая до Германии и США. Капитализация снизилась в несколько раз, за месяц крупнейший в мире фондовый рынок США потерял весь рост предыдущих трёх лет. На валютных рынках всё это вызвало настоящий шторм, особенно для рубля, который потерял 20% стоимости по отношению к доллару. В начале апреля нефтеэкспортеры возобновили переговоры и даже договорились о сокращении добычи, но это не помогло – рынок испытывал огромный переизбыток предложения нефти. В отдельные моменты экспортные марки из России и США опускались в цене до уровня конца 90-х годов – 10 долларов за баррель.

В отдельные моменты падение нефтяных цен было таким, что уголь в пересчёте на условное топливо был даже дороже нефти. Но опасность дисбаланса на рынке нефти и дальнейшее снижение цен на неё угрожает Кузбассу дальнейшим углублением угольного кризиса, ведь цены на уголь, хотя и не имеют прямой привязки к нефтяным, коррелируются с ними. Пусть и с некоторым временным разрывом. Об этом в общении с журналистами 23 марта напомнил заместитель генерального директора АО «Кузнецкая инвестиционно-строительная компания» Фабио Тамбуррано. Оценивая текущую конъюнктуру угольного рынка, он сообщил, что «Кузнецкинвестстрой» традиционно отгружает почти весь свой уголь на европейский рынок и лишь небольшую часть отправляет в восточном направлении. И цены на уголь такие низкие, что вынуждают компанию работать с убытками. По его словам, прогнозировать цены на уголь сложно, но есть одна простая закономерность – они движутся вслед за ценами на нефть так или иначе и с определенным разрывом во времени.

Правда, ни в конце марта, ни в первой половине корреляция с нефтяными ценами ещё не проявилась, и обвал цен на нефть не вызвал соответствующего падения цены угля. Аналитики и представители компаний связали это с тем, что цены на уголь уже находились на уровне многолетних минимумов с весны прошлого года. На европейском рынке для энергетического угля они колебались вокруг отметки в 45 долларов за тонну, на рынке Азиатско-Тихоокеанского региона – в районе 67 долларов. При таком уровне цен на рынке Европы экспортеры других стран не могли ничего предложить потребителям и конкурировать с российскими поставщиками. Это позволило последним отказывать в предоставлении новых скидок. В итоге, котировки российского энергетического угля в Европе в конце марта даже немного подросли по сравнению с февралем на 3,7%, в среднем до 47,4 доллара за тонну (в портах отгрузки Балтийского моря). Плюс к этому снижение курса рубля и предоставление скидок на железнодорожный тариф в середины марта в 12,8% дало определенный выигрыш экспортерам угля (на транспортировке – 1,6-1,7 доллара на тонну). Тем не менее, представители компаний не брались прогнозировать ни грядущие перспективы экспорта угля, ни его финансовые результаты.
 
Коронавирус как всеобщий уравнитель

Эпидемия коронавируса, начавшись в Китае, довольно быстро перекинулась за его пределы. Но не в Россию, про которую все СМИ не уставали напоминать, что у нее самая протяженная граница с КНР (но почему-то забывали о не менее протяженной границы с Монголией, Казахстаном и Индией с населением практически равным китайскому). Следующим центром  распространения вируса стала Европа, особенно Южная. В конце марта по уровню заболеваемости «подтянулись» США.

Всё это вызвало откровенную панику в политических действиях правительств практически всех стран, даже тех, которые еще толком не были затронуты эпидемией. Как, например, Индия, закрывшаяся на полный карантин 26 марта. Повсеместно правительства стали останавливать работу мест скопления людей – ресторанов, кинотеатров, музеев и т. п., а также крупных промышленных предприятия, в частности, автозаводов. Были введены ограничения на передвижения людей, их стали обязывать находиться дома длительное время. Что не могло не вызвать серьезных негативных последствий для экономики, в первую очередь, для энергетического сектора.

Во второй половине марта, по мере быстрого распространения коронавируса в Европе, появились оценки ожидаемого снижения спроса на все виды энергии на 15-20% «в связи с жёсткими мерами по сдерживанию коронавирусной пандемии». Энергетическое интернет-издание Montel сделало такой прогноз с учётом уже наличного итальянского опыта. В этой стране спрос на энергию упал за 8 дней активного противодействия эпидемии и закрытия промышленных предприятий на 15% с перспективой дальнейшего снижения. Аналитики, на которых ссылалось издание, предсказали аналогичный спад и в других европейских странах, ведь промышленность в них предъявляет от 30 до 40% всего спроса на энергию. В этот момент многие энергокомпании в Европе уже объявили о планах снижения производства на фоне намерений промышленных компаний остановить свои производства. Режим самоизоляции, введенный по мере развития эпидемии, и в России к середине апреля вызвал по крайней мере 5-процентное снижение потребления электроэнергии.

Очевидно, что всё это не могло не снизить спрос на самые разные энергоносители. К концу марта нефть торговалась на биржах по цене 25-29 долларов за 1 баррель, а газ по рекордно низким ценам менее 100 долларов за 1 тыс. кубометров. Всё это не могло не вызвать озабоченности стран-экспортеров нефти, что подвигло их в апреле заключить новую сделку по ограничению добычи и экспорта нефти ОПЕК+. Но это уже не помогло, спрос на энергию в США и многих других странах стал падать из-за противоэпидемических ограничений настолько быстро и глубоко, что фьючерсы на поставку нефти в мае упали практически до нуля, до 0,1 доллара за баррель, а затем их цена стала даже отрицательной. Производители были готовы доплачивать за покупку, поскольку добыча нефти продолжалась, сбыта не было, а хранилища переполнялись.
 
Повышенная готовность и самоизоляция

На этом фоне меры сдерживания эпидемии короновируса, сходные с европейскими и азиатскими, принимали со второй половины марта и власти России, и её отдельных регионов. В Кузбассе губернатор Сергей Цивилев объявил о введении режима повышенной готовности 14 марта в связи с подтвержденным диагнозом у двух жителей Кемерова. Первые две недели этот режим был сравнительно мягким (ограничения на мероприятия свыше 1000 человек и т.п.), но с 27 марта был введён дополнительный запрет проведения всех спортивных, зрелищных, публичных и иных массовых мероприятий, курения кальянов в ресторанах, барах, кафе и иных аналогичных объектах, на работу фуд-кортов в торговых центрах, приостановление деятельности ночных клубов и досуговых заведений, горнолыжных комплексов, предприятий общепита с 28 марта по 5 апреля и другие меры.

Затем последовало небольшое послабление, но не общего противоэпидемического режима, а ограничительных мер для предприятий. 3 апреля губернатор Сергей Цивилев подписал постановление об утверждении перечня организаций, на которые не распространяется действие указа президента России Владимира Путина от 2 апреля 2020 года «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)». В список исключений вошли 16 видов деятельности – нефтегазовый сектор, лёгкая, металлургическая, машиностроительная, химическая отрасли, а также добыча угля.

При этом в Кузбассе продолжили готовиться к увеличению числа больных, для чего был организован резервный госпиталь для пациентов с подозрением на COVID-19. Кроме того, было приостановлено автобусное сообщение с субъектами России, в которых выявлены случаи новой коронавирусной инфекции и курсирование скорого электропоезда «Новокузнецк – Новосибирск».

На 8 апреля рост коронавирусной инфекции в Кузбассе был охарактеризован как «умеренный», и в этот день ещё одна часть хозяйственных ограничений была снята – распоряжением областного правительства были допущены к работе многофункциональные центры предоставления госуслуг, ломбарды, нотариальные конторы, адвокатские образования, предприятия и ИП, оказывающие парикмахерские и маникюрно-педикюрные услуги, проводящие уборку, а также дезинфекцию и другие подобные услуги, ателье по пошиву и ремонту одежды и обуви.

Постепенно по мере увеличения числа инфицированных (с 14 марта по 21 апреля их число выросло с 2 до 56) режим самоограничения стал ужесточаться. Что привело к новым закрытиям отраслей и видов деятельности, правда, в отдельных городах и районах. Там, где ситуация ухудшилась. Под дополнительные ограничения 19 апреля попали  Белово и Беловский район, Краснобродский и Мыски, а через день – Анжеро-Судженск и Яйский округ. Там была приостановлена розничная торговля, за исключением торговли товарами первой необходимости и дистанционной торговли, работа авто-, фото- и цветочных салонов, садово-огородных магазинов, оказание парикмахерских, маникюрных и педикюрных услуг, услуг по пошиву и ремонту одежды и обуви, по изготовлению ключей, ремонту бытовой техники, химчистки, услуг по установке пластиковых окон, балконов, натяжных потолков.

Органам местной власти, всем организациям и предприятиям на этих территориях предписано исключить массовое скопление людей. Жители муниципалитетов обязаны соблюдать «требования масочного режима; дистанцию до других граждан 1,5 метра (социальное дистанцирование), в том числе, в общественных местах и общественном транспорте, за исключением легкового такси».

Кроме того, для предупреждения дальнейшего распространения COVID-19 по всему Кузбассу работа учреждений с круглосуточным пребыванием детей и взрослых, психоневрологических интернатов, домов ребенка, домов престарелых и инвалидов, хосписов, отделений паллиативной помощи, домов и отделений сестринского ухода, психиатрических больниц и диспансеров, психоневрологических диспансеров переводится на 14-дневный вахтовый режим работы без возможности выхода для предотвращения заноса инфекции.

Заместитель губернатора по вопросам социального развития Алексей Цигельник в видеообращении на канале пресс-службы администрации облправительства объяснил введение новых карантинных мер тем, что ситуация по распространению COVID-19 ухудшилась сразу в нескольких муниципалитетах региона. И в соответствие с распоряжением главного государственного санитарного врача по Кемеровской области приняты эти дополнительные меры. В конце апреля они были расширены, а режим самоизоляции в очередной раз продлён.
 
19 марта в Кузбасс приехал первый вице-премьер правительства Андрей Белоусов, который после посещения шахты и проведения совещания с угольщиками пообещал поддержку крупным проектам развития Кузбасса и модернизации Восточного полигона «РЖД», чтобы увеличить отгрузку угля на рынке АТР.
От снижения до остановки

Реакция на разные кризисы у разных компаний и органов власти была также разной. В углепроме часть производителей объявили о намерении снизить добычу. Как это сделало уже в январе ОАО «Угольная компания «Кузбассразрезуголь». В ее планах на 2020 год снизить добычу угля на 4,2%, до 45,1 млн тонн. Аналогично намерено строить свою работу в этом году новокузнецкое АО «ТопПром». По данным его гендиректора Владимира Честнейшина, в  2019 году добыча угля на ООО «Шахта «Юбилейная» (добывающий актив компании) составила 2,4 млн тонн, на 27,2% больше, чем годом ранее, но в этом году вновь запланировано возвращение к уровню 2018 года 1,9 млн тонн.

Компания «Стройсервис», согласно объявленным в январе планам, увеличит добычу в 2020 году на 17,4% до 15,5 млн тонн. Прокопьевское ООО «МелТЭК» также намерено нарастить производство на 12%, до 4,8 млн тонн угля, против 4,3 млн в 2019 году, увеличить инвестиции в техническое перевооружение и проектные работы на 14,2%, до 695,6 млн рублей с 609,3 млн в 2019 году. Как пояснил гендиректор ООО «МелТЭКа» Андрей Звягинцев, расчёты на увеличение добычи основаны на ожиданиях увеличения цен на уголь с середины года, «всё ждут второго полугодия, хотя сегодня сбыта нет». Ни роста, ни снижения не планирует новокузнецкое АО «Кузнецкинвестстрой». Всего лишь сохранение уровня добычи 2019 года в 1,7 млн тонн.

Самый неожиданный, хотя и не оригинальный сценарий реагирования на полнейший шторм в экономике, на возможное падение цен на уголь до совершенно неприемлемых уровней предложило ПАО «Распадская». Гендиректор ООО «Распадская угольная компания» (управляющая структура ПАО) Сергей Степанов заявил 19 марта, что компания рассматривает «шоковый сценарий» и полную «приостановку продаж угля на срок от 6 месяцев до года».

И такой вариант вполне под силу «Распадской», ведь за два предыдущих года она полностью рассчиталась с долгами, у неё нет никаких обязательств и при этом она накопила 600 млн долларов денежных средств. Этого вполне достаточно, чтобы полностью стоять минимум год, а то и больше – в 2019 году себестоимость реализации составила 500 млн долларов, а при полной остановке не нужно приобретать материалы, топливо, запчасти и электроэнергию, не нужно тратиться на перевозку угля и т. п.

Очевидно, что такой вариант – скорее исключение, для других угольщиков Кузбасса он вряд ли приемлем. Им остаётся только уповать на рынок АТР, тем более, что эпидемией коронавируса его страны не были сильно затронуты, а экономика КНР от неё начала оправляться к концу марта. Осталось только увеличить туда вывоз угля, с чем пока не справляется транспортная инфраструктура. Поэтому её призвал развивать губернатор Кузбасса Сергей Цивилев, выступая на совместном заседание рабочих группы Госсовета «Энергетика» и «Транспорт» в конце февраля. По его словам, «отягчающее обстоятельство» для Кузбасса – это «проблемы с проездом на Азиатско-Тихоокеанский рынок, что не позволяет угольной отрасли определять собственные программы развития». Тогда как именно развитие рынка угля АТР, по оценке губернатора, будет драйвером угольной отрасли Кузбасса.

Весь март власти Кузбасса стремились улучшить рыночную ситуацию для угольщиков (а значит и для областного бюджета – А-П-Р) за счёт снижения издержек на перевозку угля и увеличения его вывоза на выгодный пока рынок АТР. Для этого были заключены соглашения с ОАО «РЖД», по которым на стандартный тариф была предоставлена скидка в 12,8% на отгрузку в направлении портов на Северо-Западе и на Юге России, а также 25% при отгрузке в Китай через Казахстан. 19 марта в Кузбасс приехал первый вице-премьер правительства Андрей Белоусов. После посещения шахты и проведения совещания с угольщиками он пообещал поддержку крупных проектам развития Кузбасса и модернизации Восточного полигона «РЖД», чтобы увеличить отгрузку угля на рынке АТР.

По словам председателя комитета Законодательного собрания по вопросам бюджета, налоговой политики и финансов Сергей Ващенко, принимаемые изменения в областной бюджет представляют собой «яркий пример контр-циклической бюджетной политики региона, когда при замедлении темпов роста экономики и сжатии доходов бюджета его расходы не только не уменьшаются, а, наоборот, существенно наращиваются».
Контр-циклический подход

Во внутренней экономике Кузбасса ставка властей была сделана на то, чтобы деньгами «залить» кризис, вызванный падением цен на нефть и соответствующим финансовыми проблемами. По крайней мере, была сделана попытка сделать это с помощью увеличения бюджетных инвестиций и социальных расходов (пособий, доплат), сохраняя таким образом, внутренний спрос в регионе. Он в первую очередь важен для потребительского сектора экономики, в котором множество предприятий малого и среднего бизнеса. Они работают в первую очередь на жителей Кузбасс, оказывая услуги и мелкую розницу. Увеличение государственных инвестиций, главным образом, в строительство крупных спортивных объектов, дорог, жилья и пр. призвано сохранить и даже увеличить спрос на стройматериалы, металлопрокат и строительные услуги.

Ясным выражением такого подхода стали решения заседания Законодательного собрания Кузбасса 25 марта по внесению изменений в областной бюджет 2020 года. Благодаря им расходы областного бюджета были увеличены на 5,3%, до 180,4 млрд рублей, доходы – на 1,7%, до 157,2 млрд рублей, дефицит – на 40%, до 23,4 млрд рублей, 19% от собственных доходов областного бюджета. В первоначальной версии, принятой в декабре прошлого года, дефицит составлял только 13,4%.

Как отметил председатель комитета собрания по вопросам бюджета, налоговой политики и финансов Сергей Ващенко, принимаемые изменения в областной бюджет представляют собой «яркий пример контр-циклической бюджетной политики региона, когда при замедлении темпов роста экономики и сжатии доходов бюджета его расходы не только не уменьшаются, а, наоборот, существенно наращиваются». Прежде всего, увеличиваются «бюджетные инвестиции и социальные расходы». По данным Сергея Ващенко, «решение о таком подходе было принято не спонтанно и не случайно, этот вопрос отдельно рассматривался на совещании у губернатора Кузбасса, довольно напряженном, и в результате, было принято это нестандартное, но, по общему мнению, необходимое решение».

Представляя в первом чтении законопроект «О внесении изменений в закон Кемеровской области – Кузбасса «Об областном бюджете на 2020 год и на плановый период 2021 и 2022 годов», зам губернатора, министр финансов Кузбасса Игорь Малахов сообщил, что доходы областного бюджета на 2020 год планируется поднять всего на 235,6 млн рублей, до 154,85 млрд рублей. Увеличение расходов было предложено на 2,14 млрд рублей, до 173,47 млрд.

В расходной части прирост в основном пришелся на увеличение ассигнований на региональные госпрограммы развития – 2,04 млрд рублей. Самую большую добавку из них получили «Жилищная и социальная инфраструктура Кузбасса», 585 млн рублей, «Развитие здравоохранения», 502 млн, «Оптимизация и развитие транспорта», 295 млн рублей, «Жилищно-коммунальный и дорожный комплекс», 290 млн рублей.

Затем к этим изменениям добавились ещё, предложенные Сергеем Ващенко при втором чтении законопроекта. По госпрограмме «Развитие здравоохранения Кузбасса» прибавка второго чтения составила 195 млн рублей, по «Соцподдержке населения» – 1,9 млрд рублей (в основном, на пособия на детей), по «Развитию образования» – 1,6 млрд рублей (из них 1,1 млрд на подготовку чемпионата «Молодые профессионалы» и 519 млн на оплату педагогам классного руководства). Крупные прибавки получили также программы «Жилищно-коммунальный и дорожный комплекс»,1,9 млрд (в том числе, 1,5 млрд рублей на ремонт автодороги Ленинск-Кузнецкий – Новокузнецк с доведением её до норматива) и «Жилищная и социальная инфраструктура», 1,06 млрд (в основном на обустройство 9 га общественного пространства на набережной Томи в Кемерове).

Насколько будут значимы для экономики региона эти дополнительные траты, не вполне понятно, ведь бюджетные траты составляют десятки миллиардов рублей, а экономика Кузбасса работает с оборотами в сотни миллиардов. К тому же четыре её самые большие отрасли промышленности (углепром, металлургия, нефтепереботка и химия) имеют сильную экспортную ориентацию. Но усилия в рамках «контр-циклического подхода», по крайней мере, показывают стремление властей региона активно повлиять на ситуации в его экономике.

И по крайней мере, в одной сфере – в строительстве – активность в первом квартале 2020 года была заметно выше, чем годом ранее. К примеру, ввод в строй нового жилья вырос на 36%, с 65 тыс. кв. метров до 88,4 тыс. кв. метров. Крупнейший производитель цемента в Сибири, холдинг «Сибцем», отчитался об увеличении производства в первом квартале. В целом по компании оно выросло на 14%, а на заводе «Топкинский цемент» выпуск цемента вырос на 21%, до 388 тыс. тонн, по оценке компании, «благодаря реализации крупных строительных проектов в Кузбассе». Очевидно, что этот же фактор увеличил спрос в регионе и на многие другие виды промышленной продукции (металлопроката, других стройматериалов, пластиковых изделий и др.) и строительных услуг.
 
 
 
«АВАНТ» в соцсетях:
       

Рубрики:

Деловые новости

[28 мая] Исполнение областного бюджета за 2019 год утверждено с дефицитом в 976 млн рублей
[28 мая] В 2020 году Кузбасс направит 71 млн рублей на перевооружение лесхозов
[28 мая] Промышленность Кузбасса снизила производство на 3,5% в апреле и на 1,9% с начала года
[28 мая] Медикам Кузбасса разъясняют порядок начисления стимулирующих выплат
[28 мая] В Кузбассе приняты новые меры поддержки бизнеса

Все новости


Рынки/отрасли

Поиск по сайту


 

 
© Бизнес-портал Кузбасса
Все права защищены
Идея проекта, информация об авторах
(384-2) 58-56-16
editor@avant-partner.ru
Разработка сайта ‛
Студия Михаила Христосенко