Бизнес-портал Кузбасса

Новости, обзоры, рынки, аналитика,
события, опросы и многое другое

об изданииархив номеров журналарекламаподпискаобратная связьчитатели о насАвант-ПЕРСОНАДоброе дело

Новости компаний

[28 июня] ВНИМАНИЕ! АКЦИЯ! Медицинский центр «Мегаполис»
[27 июня] Геймдизайн и кибербезопасность: Goodline делится опытом
[24 июня] Каждая пятая атакованная хакерами компания получила финансовый ущерб
[23 июня] «Хорошее зрение»: специально для детей
[22 июня] «Идентичный Кемерово» побывал на дне рождения динозавра


 
 

Издательская группа «Авант»

Областной экономический еженедельник «Авант-ПАРТНЕР»
Деловой альманах «Авант-ПАРТНЕР Рейтинг»
Журнал «Авант-Style»


наш опрос

Сколько автомобилей в вашей семье?





результаты
архив голосований


Авант-ПАРТНЕР РЕЙТИНГ № 1 от 30.05.2022

Нужно моделировать будущее

Вопрос о необходимости перемен в угольной отрасли «А-П» на своих страницах поднимал не раз (см., например, «А-П-Р» №3, 2021г.), но в связи с санкционным давлением, он стал как никогда острым. Мы переговорили о возможных путях развития отрасли в сегодняшней ситуации с Сергеем НИКИТЕНКО (С.Н., руководитель лаборатории экономики угля ФИЦ УУХ СО РАН), Еленой ГООСЕН (Е.Г., доцент Кемеровского государственного университета), Марией МЕСЯЦ (М.М., руководитель лаборатории патентной аналитики ФИЦ УУХ СО РАН).

В связи со сложившейся ситуацией, западные рынки для кузбасского угля оказались почти закрыты, увеличению отгрузки на восток препятствуют мощности РЖД... за счёт чего, по Вашему мнению, угольная отрасль может компенсировать потери рынка?


Е.Г.: Всё большее число экспертов, владельцев и менеджеров крупных компаний приходят к единственному выходу: нужно создавать, если хотите – конструировать, новые технологические цепочки, формировать на их основе цепочки добавленной стоимости. И всё это должно делаться на основе новых гибких технологий, способных адаптироваться к рыночным вызовам. Нам нужно сегодня думать не столько об экспорте, сколько о возможностях стабилизации объёмов добычи за счёт использовании угля внутри страны, решить это без перехода на новый технологический уровень невозможно.

И каким образом к этому можно прийти?


Сергей НИКИТЕНКОС.Н.: Цифровизация. В Институте угля ФИЦ УУХ СО РАН в молодёжной лаборатории перспективных методов управления горнотехническими системами разрабатывается информационно-программный комплекс, который способен будет оперативно анализировать, состояние угольной отрасли в рамках региона, внутреннего и мирового рынка, смежных отраслей с использованием технологий искусственного интеллекта. Предполагается, что он будет выполнять функции локального посредника: формировать заказы, горизонтальные связи на внутреннем рынке, как раз на основе предварительно обоснованных (сконструированных) новых цепочек добавленной стоимости. Этот комплекс собирает информацию из электронной базы углей, базы данных производителей – где, кто, сколько и какую марку угля добывает; базы данных обогатительных фабрик – где, кто, что и сколько обогащает, в каком объёме получает конечный продукт. Учитывает он и рыночную информацию – географию, объём спроса и уровень цен на разные марки угля (угольные смеси) и какова цена, логистику – наличие свободных вагонов и альтернативные пути доставки, базу данных компаний-перевозчиков и прочее. Вся эта информация предоставляется в режиме текущего времени – потоковых показателей, а «электронный мозг» формирует оптимальные направления и маршруты. Информационно-аналитический центр – это умный электронный помощник, работающий по принципу распределённого дата центра с участием заинтересованных угольных компаний.

В идеале вся эта информация должна быть доступна на цифровой платформе, которая позволит заключать договоры и поддерживать их.

И это лишь один из примеров обеспечения функционирования цепочек добавленной стоимости с минимальными инвестиционными вложениями в производство. Фактически это система региональных посредников. Создание подобных посредников создаёт новые направления переработки угля и формирует дополнительный внутренний рынок.

Елена ГООСЕНЕ.Г.: Следует дополнить, что без использования цифровых технологий, нейронных сетей, платформенных решений создать новые цепочки добавленной стоимости невозможно. Угольная отрасль плохо сочетается с другими неосновными производствами из-за серьёзных различий в принципах и логике организации и управлении производственными процессами. Как любят говорить экономисты, угольной отрасли не свойственна интероперабельность, она функционально мало совместима с другими производствами. Поэтому в угольной отрасли преобладает товарная интеграция, она неустойчивая и негибкая. Современные цифровые технологии способны решить эту проблему. Возьмём обычную вертикально интегрированную цепочку поставок угля для электростанций. Если мы постоянно сжигаем уголь на одной и той же ТЭС, все вопросы можно урегулировать по телефону. А если речь идёт о гибких поставках угля сразу на несколько рынков, да ещё с возможностью замены одного поставщика другим за счет использования угольных смесей – это требует синхронизации производственных, логистических, финансовых и многих других процессов. Это уже не товарная, а технологическая интеграция. Она более устойчива, формирует больше рабочих мест, создаёт условия для горизонтальной кооперации компаний разных отраслей – тех самых промышленных кластеров. Именно эти задачи и призваны решать цифровые технологии. Да, что-то придётся быстро и оперативно менять. Но благодаря этому региональная экономика, деятельность предприятий обретёт устойчивость и гибкость.

Не надо забывать, что они могут также стать источником роста спроса угля на внутреннем рынке. Цифровые технологии – это большие массивы данных (дата центры). Для их сбора, хранения, обеспечения безопасности требуются значительные энергетические ресурсы, а, значит, дополнительное потребление угля. Кто мешает нам создать такие центры хранения информации в Кузбассе? Это – современные высококвалифицированные рабочие места. Наконец, сейчас большая часть российской информации хранится в зарубежных дата центрах, а, значит, мы говорим ещё и об импортозамещении, и об информационной безопасности.

А если говорить о развитии внутреннего рынка за счёт перехода на следующий технологический уровень?

С.Н.: Речь идёт о применении апробированных и экономически обоснованных технологий, которые позволят в обозримом будущем уйти от простого сжигания угля на более высокий уровень его переработки. Здесь важно найти пути преобразования научных достижений (например, в области углехимии) сначала в потенциальный, а затем и доходный отраслевой сектор в Кузбассе. На первом этапе есть смысл развивать производства, связанные с угольной отраслью. Например, технологии, которые позволяют получать широкую линейку продуктов как из угля, так и из попутного газа метана. Это позволит за счёт дополнительного неугольного производства частично сгладить негативные эффекты от сужения рынка угля. При этом важно идти не столько от производственных возможностей, сколько от потребностей рынка в том или ином продукте. Именно на рынке рождаются новые цепочки добавленной стоимости, которые могут быть представлены в виде бизнес-плана или инвестиционного проекта для принятия решения. Особенно перспективными являются такие проекты, которые реализуются на основе нескольких связанных технологий и могут создать сеть разветвлённых цепочек на основе технологической интеграции. Эти цепочки наиболее устойчивы, имеют наибольший мультипликационный эффект. Реализация совокупности таких цепочек и приведёт к переходу на новый технологический уровень.

Можно какие-то примеры?

С.Н.: За примерами не нужно далеко ходить. В вашем журнале ещё в декабре 2020 года было интересное сообщение о том, что в ОАЭ запустили первый блок угольной электростанции (Хассиан) по технологии «чистого» сжигания угля. Мощность станции к 2023 году вырастет до 2400 Мвт. Речь идёт об известной уже технологии «ультра-суперкритического» сжигания угля, стандарты которой по загрязнению соответствуют требованиям, предъявляемым к газовым станциям. Нет отходов в виде золошлаков. Отмечу, что в ОАЭ нет собственного угля…Там же вы писали, что в ОАЭ из Кузбасса поставляется более 200 тыс. тонн угля в год. То есть там, где нет угля, внедряют новые технологии, работающие на нашем угле.

Выполненный нами анализ по базе Роспатента показал, что есть ярко выраженная тенденция разработки и внедрения новых технологий сжигания угля. Отсюда вторым примером может быть технология низкотемпературного пиролиза, которую нельзя уже назвать сжиганием. Технология позволяет эффективно перерабатывать бурые и каменные угли (марки «Д», частично – «Г») с получением того же тепла и электроэнергии, но золошлаков не будет, а появится дополнительный продукт, который востребован на рынке (в том числе – мировом) – полукокс, использование которого возможно в металлургических процессах, а также для получения, например, бездымного бытового топлива, что очень важно для экологии. Эти технологии прошли промышленную апробацию в Красноярском крае и на практике доказали свою эффективность.

Переработка золошлаков, например, это ещё одна возможная межотраслевая цепочка добавленной стоимости, формируемая на взаимодействии энергетиков и предприятий стройиндустрии. Не говоря о химическом составе золошлаков, достаточно вспомнить, что в их составе добрая половина – это обычный песок правда техногенного происхождения. У нас в Кузбассе собственного песка практически нет – завозим из Новосибирской и Томской областей.

Можно пойти ещё дальше, на следующий уровень, и получать третий тип продуктов с высокой добавленной стоимостью – для медицины, косметологии, сельского хозяйства и так далее. Здесь нужна внутрирегиональная интеграция и кооперация, инструменты которой отрабатываются в настоящее время в рамках Научно-образовательного центра «Кузбасс» индустриальными партнёрами и научно-образовательными организациями посредством формирования комплексных научно-технических проектов полного инновационного цикла.

В разговоре неоднократно упоминается слово «патенты». Действительно ли они могут сыграть значимую роль?

Мария МЕСЯЦМ.М.: Патенты отображают возможности и тенденции технологического развития. С одной стороны, нужно иметь широкое представление о том, какие технологии можно использовать, а с другой – насколько это состоятельно с экономической точки зрения в настоящих условиях. Мы сейчас разрабатываем новый подход к формированию перечня доступных технологий. Необходимо постоянное, перманентное отслеживание по всему миру разработок, ориентированных на переработку (в том числе – глубокую) угля и метана, а также и продуктов их первичной переработки с получением востребованной на внутреннем и внешнем рынках продукции. И основой для принятия решений может служить визуальное представление результатов патентной аналитики в виде патентных ландшафтов, что в итоге и позволит ответить на вопрос: формировать ли технологическую цепочку, состоятельная ли она в это время и пр.

Патентный ландшафт – это глубокий, с отбором возможных вариантов продукт, который благодаря участию технологических экспертов отображает то, что может быть у нас применено и что соответствует спросу на внутреннем и внешнем рынке.  Мы работаем над созданием цифрового инструмента обработки данных, что позволит уйти от шаблонов. Ведь искусственный интеллект при работе с неструктурированной информацией выдаёт такие решения, о которых человек просто не догадается, так как мы привыкли мыслить шаблонами. Это позволит создать условия для дифференцированного подхода к государственной поддержке предприятий региона. Нам сейчас всё равно нужно переходить на методы активной экономической политики – вкладывать бюджетные деньги в реальное производство. Главное при этом – знать куда их вложить, где можно получить максимальный эффект как для предприятий, так и для региона в целом.

С.Н.:
Следует добавить, что сегодня мы просто обязаны моделировать будущее. Нужны очень точные решения и конкретные технологии. Важно ещё и то, чтобы технологии были применимы в разных смежных отраслях. Плюс нужно смотреть какие минимальные вложения дадут максимальный эффект. Как они повлияют на экономику Кузбасса? Здесь вопрос про то, чтобы сгладить негативный эффект, сохранить связи между предприятиями, уменьшить издержки и получить социальный экономический эффект. Тогда разговор о создании дополнительных цепочек приобретает экономическую, социальную, региональную составляющую, которая необходима.

Мы рассчитываем на сотрудничество в этом вопросе с Центром управления регионом Кемеровской области – Кузбасса, а также Центром обработки данных информационных систем Кемеровской области – Кузбасса, организованного в марте 2021 года в соответствии с постановлением Правительства Кузбасса. Это позволит максимально минимизировать затраты и получить максимальный эффект. Как результат – регион сможет стабильно зарабатывать деньги, повышать качественный уровень нашей с вами жизни.

Интервью подготовлено на основе результатов исследований в рамках проектов Российского научного фонда № 22-28-01803, № 22-28-20513 и Кемеровской области – Кузбасса.
 
«АВАНТ»
в соцсетях:
   

Рубрики:

Деловые новости

[28 июня] В Шерегеше в начале июля пройдет фестиваль «ПроГеш» с бюджетом в 26 млн рублей
[27 июня] «Азот» приобрел 7 зданий ПО «Прогресс»
[27 июня] На «Кузнецких ферросплавах» загорелся трансформатор
[27 июня] Задолженность по зарплате в Кузбассе снова начала расти
[24 июня] Внутри фонтана на кемеровском бульваре Строителей делают кафе

Все новости


Рынки/отрасли

Поиск по сайту


Новинка: видеоинтервью!

 

Больше интервью

 
© Бизнес-портал Кузбасса
Все права защищены
Идея проекта, информация об авторах
(384-2) 58-56-16
editor@avant-partner.ru
Разработка сайта ‛
Студия Михаила Христосенко