Бизнес-портал Кузбасса

Новости, обзоры, рынки, аналитика,
события, опросы и многое другое

об изданииархив номеров журналарекламаподпискаобратная связьчитатели о насАвант-ПЕРСОНАДоброе дело

Новости компаний

[27 января] Музей СУЭК вошел в ТОП лучших корпоративных музеев страны
[27 января] «Идентичный Кемерово» запускает конкурс для творческих горожан — стань автором открытки
[26 января] МегаФон усиливает направление мобильной коммерции
[23 января] Открытка в Лондон и бивень мамонта: о чем говорили горожане на встрече с «Идентичным Кемерово»
[23 января] Три кузбасских проекта вошли в шорт-лист премии «Серебряный Лучник» — Сибирь


 
 

Издательская группа «Авант»

Областной экономический еженедельник «Авант-ПАРТНЕР»
Деловой альманах «Авант-ПАРТНЕР Рейтинг»
Журнал «Авант-Style»


наш опрос

Где вы встретили новый год?








результаты
архив голосований


Авант-ПАРТНЕР РЕЙТИНГ № 4 от 20.12.2022

Новые надежды на фоне эмбарго

Подводить итоги уходящего угольного года для Кузбасса сложно даже в начале декабря. Ситуация на всех мировых рынках для российского экспорта остаётся тяжёлой и запутанной в силу уже введённых и планируемых новых санкций со стороны Запада. Так 5 декабря начало действовать очередное эмбарго Европейского союза на энергоносители из России, на этот раз на нефть, а с февраля будущего года оно вводится и на нефтепродукты. Плюс к этому страны «большой семёрки», ЕС и Австралия ввели ценовой потолок на российскую нефть. Эмбарго на российский уголь было введено с августа, а объявлено ещё в апреле, так что углепром Кузбасса успел почувствовать его по полной. Все эти антироссийские решения на рынке энергоносителей влияют и на экспорт из России, и на поведение многих импортёров, а возникающие дефициты или рост цен для одного энергоносителя приводят к росту цен на другой. Поэтому уголь подорожал ещё из-за проблем в поставках трубопроводного газа в Европу. Как повлияют на угольный рынок эмбарго и ценовой потолок на нефть пока неясно.

Сокращение и проблемы

Первые и пока промежуточные результаты влияния на угольную отрасль России и Кузбасса негативных внешних факторов подробно обсудили на прошедшем в начале октября в Кузбассе Международном угольном форуме «Угольная отрасль – новые реалии». Он проводился по инициативе властей региона как раз для дискуссии и поиска решений из складывающейся сложной ситуации в отрасли, ну и для традиционного лоббирования интересов кузбасского углепрома. По оценкам высказанным на форуме представителями отрасли, в новых обстоятельствах угольщикам приходится реагировать на множество самых разных и неожиданных проблем, искать новые рынки сбыта и способы расчётов за поставленный уголь, и в таких обстоятельствах отрасли нужна стабильность в сфере регулирования. Эта стабильность позволит планировать поставки угля, экономику компаний и выдержать внешнее давление.

Заместитель министра энергетики Сергей Мочальников на форуме обратил внимание на новый рекордный подъём мирового потребления угля. Оно вышло по итогам прошлого года на уровень более 8 млрд тонн в год, уголь обеспечивает 36% в общемировом энергопотреблении, и от такого объёма его потребления крайне сложно отказаться при реализации «зелёной повестки» за 10 лет – «потребуется более 4 млрд тонн нефти, либо очень много природного газа». Россия в мировом энергообеспечении участвует весьма активно и углём, выступая третьим в мире экспортёром угля с долей в 17% в прошлом году против менее 10% в 2011 году. Однако в этом году, признал Сергей Мочальников, «ситуация в отрасли кардинально изменилась: Евросоюз и примкнувшие к нему недружественные страны, начиная с марта, регулярно вводили необоснованные ограничения экономики России, с 10 августа начало действовать эмбарго ЕС на поставки угля из России, а они составляли чуть более 50 млн тонн в год, кроме того, Украина импортировала 14 млн тонн». Со ссылкой на данные 8 месяцев 2022 года он указал на снижение добычи угля в России на 1% и на падение экспорта. 

Генеральный директор АО «Угольная компания «Кузбассразрезуголь» (КРУ) Елена Дробина так описала ситуацию, в которой теперь работают российские угольщики: «ранее поставка угля была в 35 стран мира, после августа 2022-го года идёт в 20 стран». В то же время «сообщающиеся сосуды начали работать достаточно неплохо» (переток угля с одного сегмента рынка на другой – «А-П-Р»), отметила она, и «заглядывая в 2023 год, можно справиться и с теми объёмами реализации, что были в 2021 году, но для этого надо решить ряд проблем». По её словам, это – импортозамещение, кадровый голод, вывоз угля на новые сложившиеся после августа 2022 года рынки, поступление денежных средств за экспортный уголь обратно в Россию.

Президент ООО «Распадская угольная компания» (РУК, управляет активами ПАО «Распадская») Илья Широкоброд отметил, что экономика угольных компаний «находится под давлением: растёт себестоимость, ощущаются беспрецедентно крепкий рубль и динамичная инфляция всех составляющих себестоимости», растут «все логистические издержки», «налоговая нагрузка», «идёт дискуссия о введении экспортных пошлин на уголь». При этом, по его оценке, пик угольных цен уже пройден, «в сентябре цены были примерно на 50% ниже цен марта». Комбинации трёх элементов – «объём под давлением, растущая себестоимость и падающие цены – очевидно, что финансовые результаты угольных компаний за второе полугодие этого года будут разительно отличаться от очень хороших результатов первого полугодия», сделал вывод руководитель РУК.

Первые и пока промежуточные результаты влияния на угольную отрасль России и Кузбасса негативных внешних факторов подробно обсудили на прошедшем в начале октября в Кузбассе Международном угольном форуме «Угольная отрасль – новые реалии»
Не менять правила работы

Главным солидарным ответом угольщиков – и представителей компаний, и государственной власти федерального и регионального уровня – стал призыв не менять текущие правила и нормы в отрасли, в частности, в железнодорожной перевозке угля на экспорт в восточном направлении, в налогообложении и пр. Как подчеркнул Сергей Мочальников, «для недопущения развития негативных сценариев в угольной промышленности необходимо обеспечить стабильность базовых условий – неизменность прейскуранта 10-01 (на железнодорожную перевозку угля – «А-П-Р»), размеры самого железнодорожного тарифа, стоимость предоставления вагона и перевалки в портах, и стабильный налоговый режим». Если не обеспечить эти условия, то уже в 2023 году, по его оценке, «может понадобиться помощь и самой угольной промышленности, в том числе, для переобучения и переселения работников шахт».

В ходе форума произошёл примечательный диалог губернатора Кузбасса Сергея Цивилева с заместителем министра энергетики. Первый сформулировал актуальные для отрасли потребности и попросил федерального чиновника выразить по ним свою позицию: «Срочно закончить модернизацию Восточного полигона РЖД, не повышать стоимость перевозки по железной дороге и налог на добычу полезных ископаемых на коксующийся уголь, а лучше вернуть на прежний уровень, не вводить пошлины на уголь». Во всех случаях Сергей Мочальников заявил, что «конечно, поддерживает» угольщиков в этих вопросах и за возвращение НДПИ на коксующий уголь на прежний уровень. Сергей Цивилев в свою очередь добавил, что «в комиссии Госсовета по энергетике все единогласно поддерживают эти пункты».

Елена Дробина также высказалась за то, чтобы «исключить внесение изменений в отмену текущих версий временных правил» перевозки угля по железной дороге. По её словам, эти правила, утверждённые протоколом правления ОАО «РЖД» в июне, «себя зарекомендовали». При сохранении их неизменными угольщики смогут «планировать рынок, экономику предприятия, планировать отгрузку, суда». Гендиректор КРУ призвала «внутри ничего не менять, и тогда мы выдержим эту ситуацию». При этом она отметила необходимость «актуализировать исходные данные по расчету НДПИ», которые основаны на австралийских (ценовых – «А-П-Р») индексах..., а поставки российского угля идут по другим более низким ценам. Она также обратилась к российским банкам с призывом «открыть свои филиалы в дружественных странах», чтобы угольщики могли обеспечить поступление экспортной выручки. Пока, по ее словам, этот процесс «буксует», «не все (зарубежные – «А-П-Р») банки идут на сотрудничество».

По оценке президента РУК Ильи Широкоброда, «программа с фиксированными объёмами вывоза угля в восточном направлении по годам» из-за турбулентности нынешнего года не будет выполнена, как и запланированный вывоз 63 млн тонн кузбасского угля в 2023 году. В то же время план нынешнего года в 58 млн тонн в следующем году был бы, по его словам, «более или менее адекватным решением». Он высказался также за сохранение ныне действующей методики «РЖД», которая применяется для распределения между компаниями квоты вывоза угля на Дальний Восток, «как минимум на первую половину следующего года, а лучше – на весь год». Таким образом, «фиксированный объём вывоза из Кузбасса в восточном направлении и продление методики РЖД», по его оценке, позволит угольщикам «снизить неопределённость, планировать объёмы производства и инвестиции для поддержания операционной деятельности, и контрактоваться с основными заказчиками» в 2023 году.

Восточный полигон – дорога жизни

В условиях закрытия для российского угля рынка Европы огромное значение приобрёл Восточный полигон ОАО «РЖД» и его расширение для экспортных поставок угля, ведь рынок стран Азиатского-Тихоокеанского региона (АТР) для экспорта из России не закрылся. Первый заместитель председателя правительства России Андрей Белоусов признал на форуме, что в таких обстоятельствах по железной дороге в восточном направлении повезли свои грузы и другие российские экспортеры – химики, металлурги, лесопромышленники. А пропускная способность Восточного полигона ограничена, да и расширение его запланировано в первую очередь для вывоза угля.

Это также отметил в середине октября в своем выступлении на Российской энергетической неделе заместитель председателя комитета Государственной Думы по энергетике Дмитрий Исламов: «Если бы весь уголь удалось вывезти, проблем бы не было, но в этом году поехали по Восточному полигону другие грузы, что уменьшило вывоз угля». По его оценке, из Кузбасса в этом году вместо плановых 58 млн тонн угля по факту получится отправить в восточном направлении на 9-10 млн меньше, что даже меньше объёмов четырех предыдущих лет в 52-53 млн тонн. В итоге, добыча угля в Кузбассе снижается и составит в этом году, как ожидается, 210 млн тонн против рекордных 255 млн тонн в 2018 году. По подсчётам депутата Госдумы, за это время «недобор в добыче составил 83-84 млн тонн», которые не удалось продать «по очень привлекательной цене, а ведь 2023 год будет ещё хуже».

Проблемы вывоза российского и кузбасского угля на рынок АТР, отметил в своём бюджетном послании в конце ноября и губернатор Кузбасса Сергей Цивилев. По его оценке, в этом году ОАО «РЖД» вывезет на восток «в лучшем случае 48,5 млн тонн угля» из Кузбасса, в 2023 году в соответствие с поручением президента должно быть вывезено в восточном направлении 63 млн тонн, а РЖД предлагает вывезти 52,5 млн тонн. «При этом наши угольщики могут намного больше добывать и поставлять», заявил губернатор, а расширение Восточного полигона идёт с большим опозданием, нарушая все графики и сроки (см. об этом также в интервью заместителя губернатора Андрея Панова Андрей Панов: «Уходящий год сложился для угольной отрасли непросто»).

Чтобы исправить ситуацию, по мнению Дмитрия Исламова, нужно чётко исполнять поручения президента России по увеличению пропускной способности Восточного полигона, и отдельное решение по Кузбассу, и требования паспорта второго этапа развития Восточного полигона, утверждённого постановлением российского правительства, и «ни в коем случае не сдвигать вправо сроки пуска объектов, наоборот, давайте ускорять их строительство». Он призвал как можно быстрее завершить БАМ-1, ускорить строительство объектов БАМа-2 и уже сейчас начать проектирование объектом БАМа-3. И в итоге, следует ориентироваться в развитии Восточного полигона по верхней планке Транспортной стратегии России, предполагающей вывоз в 2035 году 305 млн тонн грузов в восточном направлении.

Первый заместитель председателя правительства России Андрей Белоусов в начале октября в Кузбассе на Международном угольном форуме «Угольная отрасль – новые реалии» напомнил, что угольная промышленность была и остаётся для страны системообразующей
Замещение и перспективы

Елена Дробина признала, что значительная, а в отдельных случаях подавляющая часть, используемой в КРУ техники и оборудования являются импортными: в экскаваторном парке доля импорта составляет 40%, в бульдозерно-погрузочной технике – 95%, в буровых станках – 97%. И только автосамосвалы в парке компании на 100% представлены маркой БелАЗ производства Беларусь. Что также не устранило необходимость импортозамещения. Уже в феврале угольщики столкнулись с тем, что американская компания «Камминс» отказалась поставлять в Россию свои двигатели, которые стоят и на импортной технике, и на БелАЗах. В последнем случае «стали комплектовать самосвалы двигателями китайской компании Weichai, и сейчас они успешно работают на тяжёлой линейке самосвалов, на 220-тонных машинах». Прекратились также поставки крупногабаритных шин из Европы и Японии, и снова стали работать с поставщиками из Китая и компанией «Белшина», хотя  «качество её шин оставляет желать лучшего».

Гендиректор КРУ выразила надежду, что «совместно с коллегами из «Белшины» достаточно быстро попытаемся справиться с этой проблемой, а с БелАЗ, поставили задачу обкатать в первом квартале 2023 года первый двигатель на 220-тонную машину» производства «Коломенского завода», «надеемся, что промышленные испытания увенчаются успехом, и пойдём дальше, в серийное производство». Она также сообщила, что в компании рассматривают «реализацию проекта по производству крупногабаритной шины, причём, не только на территории Российской Федерации, но и непосредственно в Кузбассе». Продолжаются также работы с двухтопливной системой (газ/дизельное топливо): 130-тонные БелАЗы уже с ней работают, закончили испытания на 220-тонной машине, «и как никогда актуально стоит задача разработки чисто газового двигателя».

Сергей Мочальников напомнил, что по поручению президента в Кузбассе к 2026 году должно быть создано не менее 40 тыс. новых рабочих мест в отраслях, не связанных с добычей угля, и «хотелось, чтобы и другие угольные регионы занялись такой работой». Он отметил, что санкции отслеживаются, анализируется их воздействие на предприятия, и «в этой связи нынешние прогнозы и планы могут быть пересмотрены уже до конца текущего года». А весной следующего года Министерству энергетики придётся разработать и утвердить новую редакцию энергетической стратегии страны, в которой придётся «дать решения выявленным вызовам и проблемам препятствующим развитию угольной отрасли». По его оценке, перспектива развития российской угольной отрасли связана в первую очередь со способностью угольщиков произвести переориентацию поставок угля с европейского рынка на альтернативные. Здесь необходима реализация инфраструктурных проектов, в первую очередь увеличение мощностей Восточного полигона (РЖД), а также поиск новых логистических решений, включая развитие инфраструктуры Азово-Черноморского бассейна.

Первый заместитель председателя правительства России Андрей Белоусов напомнил, что угольная промышленность была и остаётся для страны системообразующей – 150 тыс. занятых в ней и 500 тыс. в смежных отраслях, для более 30 городов и посёлков. По его оценке, перспективы отрасли связаны с успехом модернизации Восточного полигона РЖД, чтобы увеличить вывоз по нему с ожидаемых в этом году 158 млн тонн грузов до 173 млн в следующем году и 180 млн тонн в 2024 году, со строительством собственного балкерного флота и с импортозамещением горного оборудования и техники.

Новая надежда и риски

В этом году давали разные прогнозы по добыче угля в Кузбассе. Официальный в конце сентября представило министерство угольной промышленности Кузбасса. Как сообщил в прямом эфире ЦУР Кузбасса министр угольной промышленности региона Олег Токарев, ведомство на тот момент ожидало снижение добычи угля до 215 млн тонн, или на 11,5% к уровню прошлого года, 243 млн тонн. Министр отметил, что в первом квартале года отрасль отработала с плюсом, во втором угольщики по инерции продолжали выполнять ранее заключенные экспортные контракты, а уже в третьем квартале началось заметное снижение, вызванное, в частности, введением угольного эмбарго ЕС. Олег Токарев сообщил также, что, «несмотря на кризис 2019-2020гг., инвестиции угольных компаний не снижаются», и по итогам нынешнего года планируется не менее 110 млрд рублей инвестиций в отрасль.

На фоне заметного фактического и прогнозируемого спада добычи в главном угольном бассейне страны общая добыча по всей России за счёт других угольных регионов практически не упала – за январь-октябрь всего на 1,3% (до 352 млн тонн). Тогда как в Кузбассе за 10 месяцев 2022 года она упала на 9,6% (до 181,5 млн тонн, 51,6% от общероссийской добычи). Но при сравнении темпов производства в целом по России и отдельно в Кузбассе следует учитывать заметный рост добычи бурого угля в целом по стране – почти на 20%. Что связано с малой водностью сибирских рек и, соответственно, низкой загрузкой ГЭС в Восточной Сибири, на фоне чего выросла выработка электроэнергии на тепловых станциях с увеличением потребления бурого угля. Он выступает в этой части страны главным энергоносителем. Отсюда более чем 20-процентный рост добычи угля в Красноярском крае.

Кроме того, в России минимально упала добыча антрацита (на 1,4% за 10 месяцев), не самой распространенной в Кузбассе марки угля. Зато практически единственной в Новосибирской области, где добыча угля в этом году не только не снизилась, но даже выросла на 13%. Ну, и конечно, новым безусловным лидером локального угольного роста в этом году стала Республика Саха, в которой добыча с начала года (на фоне общего снижения) увеличилась более чем на треть (!). Так или иначе, и Кузбасс, и в целом Россия вышли к ноябрю на докризисные уровни добычи, или даже выше. Общероссийская добыча в октябре текущего года составила 39 млн тонн, или 100,8% от уровня октября 2021 года. К сентябрю она выросла на 11,3%, причём по всем видам угля (см. график №1).
 
 

В Кузбассе октябрьская добыча также выросла к сентябрю, хотя и скромнее – на 2,7%. В то же время это был, как и в России, рост уже третий месяц подряд, и в октябре добыча вернулась на уровень января 2022 года – 19 млн тонн (см. график №2). Такой месячный объём добычи означает годовой показатель около 230 млн (см. прогнозы выше). В России месячные объёмы октября позволяют рассчитывать на годовую добычу на уровне 465-470 млн тонн, что даже выше показателя прошлого года. Примечательно, что и в Кузбассе, и в России спад в добыче угля резко проявил себя в период с апреля по июль, а затем началось восстановление. Как раз в августе, когда вступило в силу эмбарго ЕС.
 

Справились ли угольщики с внешними шоками и как смогли увеличить поставки, чтобы полностью восстановить добычу и инвестиционную активность, пока сказать сложно. Данные по внешней торговле Россия закрыла в феврале, данные от импортеров российских товаров пока выходят в неполном виде. Самый высокий уровень экспорта российского угля, по данным издания «Металл-Эксперт», был в июне, 18,04 млн тонн, и в августе (!), 18,01 млн тонн. В начале ноября специализированное энергетическое издание Montel сообщило о падении экспорта угля из России до самого низкого уровня в 11 млн тонн (на 11% ниже, чем годом ранее). Но эта оценка была основана только на морском экспорте, тогда, как известно, немалая часть угля в КНР поставляется по железной дороге. Есть также сухопутные поставки в страны СНГ, хотя и небольшие. Не исключено, что данная оценка была неполной или заниженной по каким-то причинам. И так или иначе, через месяц агентство Bloomberg сообщило о рекордном объёме морского экспорта угля из России в ноябре – 16,6 млн тонн. Это означает фактически восстановление поставок угля на экспорт до уровней рекордного 2021 года, 223,4 млн тонн, включая бурый, или 18,5 млн в месяц.

Главной предпосылкой для такого восстановления служат наличие нескольких крупных потребителей угля, которые не стали следовать западной политике враждебности России (а также непостоянное её проявление в сфере внешней торговле), и ценовой дисконт, сложившийся на российский уголь из-за санкций. На общем фоне искусственно вызванной ими нехватки угля цены на него резко выросли в Европе (до 240-260 долларов на начало декабря в портах Амстердама-Роттердама-Антверпена) и её новых основных поставщиков. Помимо России ими традиционно выступали США и Колумбия, а после исключения России добавилась также ЮАР, и в меньшей степени Австралия. В таких обстоятельствах цена на российский уголь в экспортных портах составляла в начале декабря 100 долларов на Черном море, 120 – на Балтике и 150-160 – в портах Дальнего Востока. При отпускных ценах в портах ЮАР 170-230 долларов за тонну, в США 240, а в Колумбии 250 долларов покупатели на российский уголь находятся. В первую очередь это – Китай, Индия, Турция, а также Бразилия, Марокко, Малайзия, Япония, Южная Корея, Тайвань. Последние три участвуют в политике санкций против России и занесены ею в список недружественных стран, однако, эмбарго на российские энергоносители не ввели, и импорт угля продолжают, хотя и в сокращенном виде. Для Южной Корея Россия в этом году выступает крупнейшим поставщиком угля, опережая традиционно занимавшую это место Австралию.

Тем не менее, эксперты отрасли видят в ближайшие перспективе риск для угольщиков потерять существенно в своих экспортных доходах в начале 2023 года. При условии, что обменный курс в этот период будет составлять 68 рублей за доллар, а цена на уголь в портах российского Дальнего Востока останется на уровне 155 долларов экспортный нетбэк (то есть, цена за вычетом расходов на доставку и перевалку в порту) сохранится в том же виде – около 4,3 тыс. рублей. Однако чистый денежный поток на тонну сократится до 119 рублей против 1438 рублей в 2021 году и 2573 – в первом квартале нынешнего года. Отрицательным он предполагается при поставках угля в Китай из других портов России, а в Индию – изо всех. Значительную часть доходов угольщики потеряют от увеличения налога на добычу полезных ископаемых – с 59 рублей на тонну в 2021 году до 472 в 2023, а также от роста тарифов РЖД – с 1582 рублей до 2709 (расчёты АЦ ТЭК). В то же время эти риски потерь полностью контролируются внутри страны, и могут быть устранены за счёт железнодорожного тарифа и ставки НДПИ. Если, конечно, государство посчитает экспортные доходы угольщиков важнее.

 


Рубрики:

Деловые новости

[27 января] «Палата» станет складом Wildberries
[27 января] Бывший арбитражный управляющий прокопьевской компании «Ман» осужден за растрату
[27 января] В Кузбассе увеличат число рабочих мест для осужденных
[26 января] В организацию движения в Кемерове оперативно вносят коррективы
[26 января] ТРЦ «Сити Молл» в Новокузнецке выставили на продажу

Все новости


Рынки/отрасли

Поиск по сайту


Новинка: видеоинтервью!

Больше интервью

 
© Бизнес-портал Кузбасса
Все права защищены
Идея проекта, информация об авторах
(384-2) 58-56-16
editor@avant-partner.ru
Разработка сайта ‛
Студия Михаила Христосенко